Пастух

Кто-то был, кого-то не было.

Когда-то давно в одном селении жила старуха. У нее был сын пастух. И было у нее хозяйство: осел, четыре курицы и сломанная прялка.

Как-то раз пастух говорит матери:

— Тут нам живется плохо, давай переедем в Гянджу.

— Эй, сынок,— возражает, старуха,— в Гяндже столько гуляк и пройдох, что они мгновенно обчистят тебя и пустят на ветер все наше добро.

Однако сын настаивал на своем.

— Ты только согласись,— упрашивал он,— а об остальном не заботься. Я там натворю таких дел, что мы вскоре заживем счастливо.

Подумала старуха и согласилась.

Нагрузила она на осла четырех кур, сломанную прялку и сама села. Так тронулись они в путь: старуха на осле, а сын пошел сзади, подгоняя осла.

В Гяндже они наняли лачугу и стали жить. Но заработать денег пастуху в городе было еще трудней, и они продолжали перебиваться кое-как.

Однажды старуха говорит сыну:

— Эх, сынок! На родине нас хоть соседи знали да были также добрые знакомые: чем могли поддерживали. А тут кому мы известны, кто протянет нам руку помощи? Возьми кур, отнеси на базар, продай, а на вырученные деньги купи муки. А дальше я не знаю, как нам быть.

Пастух забрал кур и пошел на базар.

По дороге его остановил базарный староста и взял у него всех кур.

Пастух попросил у него денег. Тогда староста ударил его кулаком по лицу и сказал:

— Получай за свой товар, деревенщина!

Он завернул кур в полы халата и пошел домой. Пастух тайком пошел следом за ним.

Староста вошел к себе во двор, кликнул жену и отдал ей кур. Жена пощупала кур и говорит:

— Муженек, какие славные, жирные куры! За сколько купил их?

— За одну оплеуху всех четырех,— ответил староста.

Пастух притаился за воротами и стал прислушиваться.

— Сегодня в саду я буду принимать гостей,— продолжал староста.— Приготовь кур, да получше. А с базара я возьму какого-нибудь плешивого парня. Он за объедки будет прислуживать гостям. Под вечер я пришлю его к тебе. Выдай ему то, что мне потребуется для встречи гостей.

С этими словами староста ушел.

Пастух все это слышал.

Когда солнце склонилось к закату, он пришел к дому базарного старосты и постучал в ворота.

На стук вышла жена старосты.

— Меня прислал хозяин,— сказал ей пастух.— Он просил два больших ковра и два поменьше, чтобы разостлать под чинаром. И приказал принести бегом, а то скоро гости придут.

Жена старосты поспешно вынесла дорогие ковры и отдала их пастуху. Тот взвалил ковры себе на спину и бегом принес их в свою лачугу.

Изумленная мать спросила у него:

— На какие деньги ты купил их, сынок?

— На деньги, вырученные за кур,— ответил пастух.

Через некоторое время он снова пришел к жене старосты.

— Хозяин просит прислать кур,— сказал он.— Гости уже пришли.

Жена старосты засуетилась, выложила жареных кур на серебряный поднос, достала шелковую скатерть и все это отдала пастуху.

Пастух забрал добычу и также принес ее домой.

— Сын мой, на какие же деньги ты купил кур и все остальное?— спросила у него старуха.

— А это те куры, которые ты мне дала для продажи,— ответил пастух.— Садись, мать, будем обедать.

Мать и сын подсели к серебряному блюду и первый раз в жизни поели досыта.

Тем временем староста прислал к жене взятого с базара слугу за коврами, чтобы разостлать их в саду к приходу гостей.

— Хозяйка,— обратился к ней слуга,— давай поскорей ковры! А заодно я прихвачу и жареных кур, чтобы зря не оббивать ног. Скоро гости должны прийти.

Жена старосты рассердилась.

— Чтоб твой отец сгорел в могиле! Еще вздумал надо мной шутки шутить! Разве только что я не дала тебе все это?

— Хозяйка,— сказал ей слуга,— клянусь, я ничего еще у тебя не брал!

Жена старосты присмотрелась к нему и видит, что перед ней действительно другой парень. Тут она поняла, что ее обманули, и закричала во весь голос:

— Беги скорей к хозяину и скажи, что приходил какой-то бродяга за коврами и курами! А я ему еще в придачу дала серебряный поднос и шелковую скатерть!

Староста сразу сообразил, чьих рук была эта проделка. Он разогнал пришедших гостей и немедленно пошел разыскивать пастуха.

Он расспрашивал людей и добрался до той лачуги, где ютился пастух со старухой-матерью.

Как только пастух завидел его, он быстро надел на себя материнское платье и вышел с метлой подметать двор.

Старосте приглянулась стройная «девушка» ловко справлявшаяся с метлой.

— Девушка, а кто твои родители?— спросил он у пастуха.

— У меня нет родителей,— ответил пастух.— Одна старуха держит меня из жалости.

Староста быстро сообразил, какую сможет он извлечь выгоду из жалкого положения девушки, и сказал:

— А хочешь, девушка, пойти замуж за меня, базарного старосту? У меня всего одна жена. Она состарилась, и я хочу взять себе вторую.

— Ну что ж,— ответил пастух и почесал в голове,— пойду за тебя, если возьмешь.

Староста очень обрадовался и повел «девушку» к себе в дом.

Он ничего не сказал жене, провел «девушку» на свою половину, поужинал с «ней» и стал пить чай.

Пастух увидел в углу комнаты огромные тиски и спросил у него:

— Для чего ты держишь эти тиски?

— Их дал мне кузнец,— ответил староста.— Я попросил у него эти тиски, чтобы наказать того вора, который сегодня украл у меня ценные вещи.

— А как ты собираешься его наказать?— спросил пастух.

У старосты сразу лицо перекосилось от злости, как будто он уже держал в своих руках пойманного вора.

— Вот смотри, как,— сказал староста и всунул в тиски свое тело.— А потом я стал бы вертеть вот эту ручку!

Пастух мгновенно начал завинчивать тиски с таким проворством, что староста не успел выскочить из них и стал вопить:

— О безумная девушка! Пощади меня! Ребра переломаешь! Дам тебе все, что захочешь! Освободи только скорей! Ой! Ой!

— Потерпи немного,— ответил пастух.— Когда ты сегодня стукнул меня кулаком по лицу, у меня хрустнула скула. Теперь я хотел бы услышать, как хрустнут твои ребра.

Тут только староста понял, какую себе раздобыл «жену», и поднял такой вопль, что сбежались жена и соседи, и пастуху пришлось убежать.

Наутро жена старосты послала на базар за лекарем.

Пастух узнал об этом, тотчас же купил на базаре одежду лекаря, переоделся в нее и пришел в дом старосты.

Жена привела его к постели мужа. У старосты была ободрана кожа на груди и спине. Поэтому он лежал только на боку и громко стонал.

— Теперь не стой здесь,— сказал пастух жене старосты.— Придешь, когда позову.

Когда он остался наедине со старостой, то насыпал ему на раны соли и перцу и туго обвязал их кушаком.

Староста взвыл от боли.

Пастух позвал жену и сказал ей:

— Я положил на раны такое лекарство, что назавтра твой муж будет здоров. Только ты не развязывай кушака на ранах, как бы он тебя ни умолял.

Жена пообещала «лекарю» выполнить в точности его наставление и дала пастуху много денег за «лечение» мужа. После этого пастух поспешил к себе домой, взвалил на осла ковры и другие вещи, отобранные у старосты, и вместе с матерью покинул Гянджу.

Он снова стал пасти овец и завел с матерью хозяйство на то добро, что досталось ему от старосты.